Евгений Финкель (letaet) wrote,
Евгений Финкель
letaet

Categories:

Серафим Финкель. КАК Я ХОРОНИЛ СТАЛИНА

Ко дню сгинувшего упыря.

Эту историю мой папа рассказывал многократно в разных компаниях. Но публикую ее впервые, с его дозволения.

И пусть поклонники усатого монстра страдают, топают ногами, требуют опровержений. Плевать. А для тех, кто любит сравнивать версии, тут же выложу не только папины воспоминания (см. также первые комментарии к тексту).

События, описанные ниже, относятся не к 5 марта 1953-го, а к 31 октября 1961-го. Когда труп Сталина вынесли из мавзолея и закопали неподалеку.

Почти 60 лет минуло.

Папа был одним из свидетелей тех событий. Его описание в некоторых деталях не соответствует официальной, широко растиражированной версии об особой секретности и суровой торжественности процедуры, прикрытой репетицией военного парада. Под папиным текстом приведу воспоминания одного из непосредственных участников перезахоронения, которые тоже не вполне соответствуют официальной версии, но в каком-то смысле подтверждают папино изложение.

Серафим Финкель
КАК Я ХОРОНИЛ СТАЛИНАRead more...Collapse )

В сентябре-октябре 61-го я «халтурил». То ли батя, то ли кто-то из его друзей, устроил меня подсобным рабочим в бригаду строителей-каменщиков, поднимавших на пару этажей старый дом на улице Горького. Довольно скоро я поднатаскался, и мне стали доверять кладку межкомнатных перегородок. Работал я, как правило, во вторую смену, так как первую половину дня учился в институте.

31 октября, перед окончанием смены, возник наш бригадир:
– Мужики, есть халтура на ночь с двойной оплатой, но на всю ночь.
– ?
– Толком не знаю, какие-то стенки выложить.

Нас было четверо: двое каменщиков и двое подсобников. Бригадир – пятый.

Собрали инструмент: мастерки, молотки, лопаты, отвесы и пр., спустились вниз, где ждал небольшой автобус с занавесками на окнах и сопровождающим в штатском.
– Занавески не отодвигать! – предупредил он.
Нам-то зачем? Маленько удивились и приспособились покемарить, пока едем, но не успели – ехали недолго.

Автобус остановился. Выходим. Вот херня: Красная площадь, недалеко мавзолей, прожекторы. Нас проводят около мавзолея. Яма, бетонные плиты, кирпич, бадья с раствором, передвижная лебедка-кран на пердячем паре. Доски...

Подходит какой-то «хмырь»:
– Надо яму по дну и бокам выложить плитами и кирпичом. Времени час.
Бригадир ему:
– За час не управимся, надо часа три-четыре! И ещё: тащите ножовку и гвоздей стопятидесяток кило полтора-два.
– Максимум три, и не минуты больше. Потом деньги, жратва с водочкой... Ножовку и гвозди принесём.

И мы приступаем. Первым делом сбиваем два трапа...

Уложились в неполных три часа, наеблись досыта. Уселись неподалеку, ночь прохладная. Но у нас ватники... Появляется «хмырь», за ним пара солдатиков тащат в авоськах четыре бутылки «Московской», стаканы, хлеб, колбасу вареную и копченую, какие-то консервы, помидоры, огурцы, яблоки... «Хмырь» сует бригадиру деньги.

Бригадир:
– Мы что, могилку готовили? Кому?
«Хмырь» отмахивается.
– А домой как?
Я вылезаю:
– Могу пешком, у Никитских живу...

«Хмырь» сдвигает нас по лавочкам трибун подальше от мавзолея...
– Сидите, мужики, тут. Ешьте, пейте. Мало будет – еще принесу. А домой погодя. Да! Вот бумага с вашими фамилиями. Распишитесь, что болтать не будете.

Тем временем у могилки шевеление: выносят простенький гроб, спускают его и начинают закидывать могилку землей. Народу минимум.

Мы садимся, разливаем, и пьем «за упокой». Кого? Закусываем и наливаем по второй.
В память врезались консервы – не советские. Плоские банки, мясные и рыбные, «с ключиком». Такой плоский ключик с прорезью на палочке, в которую вставляется «хвостик» крышки и крышка наматывается на ключик. Сначала у нас ничего не получилось, но на помощь пришли клещи...

Бьют часы на Спасской башне... У могилы ни души.

Бригадир поднимается:
– Пойду погляжу, кого похоронили...
Мы остаёмся и начинаем укладываться. Возвращается наш бригадир с перекошенной рожей:
– Мужики! Это... мы... Сталина...

Подхватились, и к могиле. Аккуратный холмик, обложенный свежим дерном, небольшая плита и надпись: «И.В.Сталин».

Снова возникает «хмырь»:
– Собирайтесь, автобус ждёт.

И исчез. Собрались.

– Пойдём, попрощаемся что ли...

Подошли. А на плите – куча говна.

Как мы рванули...

За ту ночь я заработал больше, чем за весь сентябрь.

------

А вот как те события вспоминает Владлен Анатольевич Гурковский, полковник внешней разведки, который говорил, что был непосредственным участником перезахоронения Сталина.

«Через Сенатский проход вынесли на красную площадь щиты фанерные. Огородили место, где хотели рыть могилу, щитами. Чтоб ее не видно было. С Красной площади не просматривался этот участок… Всё делалось тихо, чтобы не вызывать никакой шумихи. Но Красная площадь была вся наводнена негласными сотрудниками… Восемь солдат полка пришли, вырыли могилу… и ушли. К вечеру завезли бетонные плиты. Все могилы на Красной площади обложены бетонными плитами – сбоку, с торца, сзади и внизу… Они ушли, время уже где-то половина десятого. В это время из Кремля подошли восемь офицеров… – нести гроб со Сталиным. Время идет, члены правительственной комиссии все здесь, никого посторонних. Ни теле-, ни фото-, ни корреспондентов. Никого. Только одна служба безопасности. И вообще – из комендатуры Кремля были комендант здания правительства, комендант Мавзолея, заместитель коменданта Мавзолея, восемь солдат, восемь офицеров полка, члены правительственной комиссии, начальник 9-го управления, его заместитель и начальники охраны Шверника… Красную площадь в шесть часов, извини меня за жаргон, вырезали, прекратили допуск на Красную площадь в 18 часов. В этот день абсолютно официально проводилась генеральная репетиция техники на Красной площади… Подъехал Шверник. И где-то без десяти десять, может быть без пятнадцати в мавзолей спускается Шверник с начальником охраны и эти восемь офицеров полка… То, что происходило внизу, мне рассказывал мой очень хороший друг Коля Панченко (Николай Федорович). Внизу, в комнату, где в гробу уже лежал, был перенесен, Сталин, вошли Шверник, комендант мавзолея, из всех офицеров вошел только один – Панченко. Места там не было. И столяр… Шверник говорит (коменданту мавзолея): снимите Золотую Звезду и срежьте пуговицы, пуговицы золотые. Пуговицы срезали. Шверник говорит: «Закрывайте». Закрыли гроб. В это время столяр, который там находился, рот раскрыл – молоток в руках, гвоздей нет. Замешательство было в течение нескольких минут. Где-то, видимо, гвозди взяли в комендатуре. Нашли гвозди, заколотили гроб – обыкновенный гроб, обтянутый красным крепом, чёрным… и сверху фуражку прибили. Всё… Вынесли гроб через боковую дверь. А в это время, к десяти часам… генералитет советской армии – они уже стояли там на площади… Впереди шел Шверник, его поддерживали под руки начальник охраны и заместитель начальника охраны. А дальше несли этот самый гроб. Больше никого не было… Опустили, верёвки вынули. И – замешательство. Один из заместителей начальника 9-го управления по хозяйственной части, такой Тарасов, он говорит: «Ну, давайте еще бетонную плиту сверху положим». И тут командир полка Конев говорит: «Нет. Не по-христиански… надо закопать. И первым три горсти земли командир полка бросил на гроб. Все остальные, кто там был, тоже бросили землю… Никаких речей, никаких выступлений… Молча. Все члены правительственной комиссии стоят в одной стороне. Руководство 9-го управления стоит рядом. Солдаты забросали землей. А бетонные плиты уже были. Была бетонная плита, на которой было написано «И.В.Сталин», год рождения и год кончины. Всё, значит, закопали, всё это аккуратно, как положено, привели. Положили эту плиту. Обложили… Всё ещё вокруг закрыто фанерой. Со стороны этого дела никто не видел… В 10 часов ровно опустили гроб, начали закапывать – и в это время по площади пошла техника. Как бы отдавая честь генералиссимусу Красной армии, своему великому вождю, своему руководителю».

Видео с записью этого разговора было по адресу https://www.youtube.com/watch?v=okkSqhsTknI
(сейчас его там нет; монолог его записал пару лет назад – пригодилось)
Некоторые дополнительные детали от Гурковского
https://www.5-tv.ru/glavnoe/broadcasts/509275/572/ Здесь снова звучит «столяр Шанин» – и снова упоминается про гвозди.
О Гурковском http://www.nnews.nnov.ru/posts/27384

-----

Чем мне в данной ситуации интересны воспоминания Гурковского?

1. Кто и как обкладывал могилу бетонными плитами? Солдаты кремлевского полка? Без квалификации?
2. У столяра, которого позвали, чтобы заколотить крышку гроба, не оказалось гвоздей. И откуда они взялись за несколько минут?

Если сложить две этих истории, то вырисовывается непротиворечивая версия: могилу готовили приглашенные рабочие, к ним же могли обратиться, по-быстрому, за гвоздями.

Вот только не помнит папа ни про какую военную технику, которая после того, как зарыли Сталина, пошла «как бы отдавая честь генералиссимусу Красной армии, своему великому вождю, своему руководителю».

А про говно помнит.
Subscribe

  • (no subject)

    Нежный мой друг, Нюша. Вьюга вокруг кружит. Кажется льдом небо. Кажется дом – небыль. Где та Москва? В полночь адрес едва вспомнишь. Мы тут живём…

  • (no subject)

    Женя любит Лину. Лина любит Сашу. Саша старше Жени. Саша Жене страшен. Лина снится Жене. Саша снится Лине. Саша любит песню "Синий, синий иней".…

  • (no subject)

    Разговаривая с Богом, помни: он тебя не слышит. Он сидит с котом на крыше и насвистывает вечер. Ничего ему не нужно и не важно, и не страшно. Ни о…

  • Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments